Трижды лишённый Родины. Сергей Войцеховский в сибирской неволе

07.10.2016 | 14:06 | Рубрика: История | Просмотров: 426 | Комментариев: 0

Имя Сергея Николаевича Войцеховского в прошлом дважды попадало в тайшетские анналы и оба раза в трагическом контексте. И дело здесь вовсе не в треклятости земли сибирской, это лишь превратности судьбы. Долгое время С.Н. Войцеховский практически не был известен тайшетцам. В местных историко-краеведческих публикациях вплоть до конца ХХ века о нём не упоминалось.

В том числе и в статьях, посвящённых событиям гражданской войны 1919-1920 гг., хотя красные партизаны Шиткинского фронта воевали против его Белой армии и чехословацкого легиона. Имя Войцеховского для большинства оставалось неизвестным, в отличие, например, от таких имен, как Колчак, Розанов, Каппель, Красильников, Гайда, Чечек…

В начале 60-х годов ХХ века оно впервые прозвучало для нас (я имею в виду тайшетцев вообще и тайшетских краеведов в частности) в «Повести о пережитом» советского писателя Бориса Дьякова:

«…Час назад прибегал ко мне генерал Войцеховский… царский генерал. Знаете, конечно? Известный колчаковец! Тухачевский громил его армию в гражданскую войну… Теперь его превосходительство дневальным у Кагаловского. Как сказал поэт: «Судьба жертв искупительных просит»!.. Так вот, явился этот самый Войцеховский за шприцем и сообщил, что Вольфсон плох…».

«…за гробом умершего в лагере коммуниста Драбкина идет белогвардейский генерал Войцеховский, опирающийся на палку и занятый своими мыслями».

Уничижительное отношение автора повести к заключенному Войцеховскому, выраженное словами лагерного фельдшера (колчаковец, громили его армию, теперь его превосходительство дневальный, был на побегушках, судьба жертв искупительных просит, этот самый), формировало отрицательное мнение о нём и у тайшетцев. В советские годы иначе и не могло быть. Подобную оценку не разделяли лишь немногие инакомыслящие тайшетцы. Сергею Николаевичу ещё предстояло вернуться к нам в образе патриота России, а не физически и морально униженного заключенного.

В многочисленных публикациях названы две причины его физических страданий и кончины: язвенная болезнь, кровоизлияние в желудок, туберкулез лёгких и старческий маразм. Туберкулёз – распространённая и неизлечимая лагерно-тюремная болезнь тех лет. Если же говорить о язвенной болезни желудка (есть указание на заболевание Войцеховского ею еще в Чехии до 1945 года), то стоит отметить возможность хирургического лечения язвы в больнице «Озерлага», даже если поверить той же повести Дьякова:

«В дверях показался Баринов. Малюкаев сразу к нему:

— Проклятая язва… гражданин майор. А меня — на этап.
— Резину вы со своей язвой тянете! Резаться надо…

Майор покосился на меня:

—Госпитализируйте в первый корпус!».

По неизвестной нам причине заключенному Войцеховскому такая же хирургическая помощь не было оказана, возможно, были противопоказания такому лечению. И в этой ситуации единственно возможный способ облегчения его положения – оставить в обслуге лагерной больницы. Для Сергея Николаевича это была пожить.

И дело здесь вовсе не в гуманизме лагерного начальства. Таковы были медицинские порядки, впрочем, начальство могло пренебречь ими. В марте 1949 года был издан приказ МВД «Об установлении категорий по трудовому использованию заключенных, содержащихся в исправительно-трудовых лагерях и колониях МВД». Всего было утверждено четыре категории трудоспособности, к последней причисляли всех заключённых, страдающих тяжелыми хроническими болезнями или физическими недостатками, не дающими им возможности работать, или могущие быть использованы на работах в пределах остаточной трудоспособности.

Это был так называемый «забалансовый контингент», говоря лагерным производственно-бухгалтерским языком. Этот же приказ утвердил перечень 30 заболеваний и пороков, наличие которых у заключённых позволяло врачебно – трудовым комиссиям присваивать им инвалидность. Первыми в перечне было названы «глубокие неизлечимые расстройства общего питания на почве истощения, дистрофия, эндокринные заболевания, неизлечимые болезни крови и органов кровообращения, туберкулёз, хронические болезни лёгких, бронхиальная астма…». Допускалось использование заключённых не в соответствии с определённой для них категорией трудоспособности, но со скидкой норм выработки до 25% и 20 % при выполнении работ тяжёлой и средней степени тяжести. Такая участь могла постигнуть и С.Н. Войцеховского, но обошлось.

Вторая известность повести Дьякова, а вместе с ней и Войцеховского, пришла к тайшетцам на волне её критики в 90-е годы ХХ века, после того как гласность в СССР стала свободой слова. Деятельность Всероссийского историко-просветительского и правозащитного общества «Мемориал», его региональных отделений способствовала критическому прочтению произведения Б. Дьякова. О Войцеховском тайшетские краеведы заговорили как об одной из многочисленных жертв политических репрессий.

Тайшетская городская первичная организация «Мемориал» была создана в октябре 1989 года. Небольшая группа краеведов, включая школьников, начала сбор сведений о жертвах политических репрессий и о тайшетских лагерях ГУЛАГа. Велась работа по распространению полученных сведений, научных и литературных произведений о лагерном прошлом Тайшета.

В 1998 г. был подготовлен библиографический справочник о таких произведениях, в местной газете публиковались воспоминания бывших зеков, периодически выходила в эфир передача «Странички Мемориала» на местной ТВ-студии. Активное участие в этой работе принимали старшеклассники, и это было особенно актуально, впрочем, как и сейчас. С участием школьников вёлся поиск лагерных кладбищ, установка простейших мемориальных сооружений на этих забытых погостах.

В апреле 2004 года сведения о кладбищах потребовались для решения вопроса об эксгумации и перезахоронению на родине останков генерала Сергея Николаевича Войцеховского в соответствии с инициативой посольства Чешской республики. Отмечаю одну особенность в письме генерального директора Ассоциации международного военно-мемориального сотрудничества «Военные мемориалы» в адрес Тайшетского управления МВД: перезахоронение на родине останков генерала, то есть в Чехии. Как видим, руководство Ассоциации не считало Россию его родиной. Россию, которую трижды у него отнимали, которую он терял, отняли и в этот раз.

Важное место в историографии особого лагеря «Озёрный» занял сборник воспоминаний «Озерлаг. Как это было». В нём опять-таки нашлось место отрывку из повести Б. Дьякова. Иной информации о Войцеховском по-прежнему не было, и его судьба оставалась ещё неосмысленной. Как известно, чтобы помнить о чём-то из прошлого, следует сначала это познать и понять, затем почувствовать.

Удивительно то, что на фоне публикаций о судьбах репрессированных и их воспоминаний, повесть Дьякова зазвучала совсем иначе – упомянутый в ней Войцеховский предстал перед тайшетцами уже не лагерным придурком с антисоветским прошлым, не как одна из многочисленных жертв послевоенных политических репрессий, а как герой, как русский офицер, высокопоставленный военнослужащий Чехословакии.

Конечно же, короткие упоминания тех лет о судьбе С.Н. Войцеховского в немногочисленных, коротких публикациях не могли дать полных знаний его жизни.

Сегодня мы располагаем о Войцеховском более обширной информацией, чем в начале 90-х годов. СМИ стали чаще писать о нём, многое стало доступным благодаря интернету. В совокупности это дало возможность сегодня разнообразить формы и содержание историко-краеведческой воспитательной работы с молодёжью, включая глубокий разговор — осмысление судьбы Войцеховского (мыслей на эту тему множество: «Судьба – очень удобное слово для тех, кто никогда не принимает решений» / Джуди Фостер; «Мы творим нашу собственную жизнь и называем её судьбой» / Бенджамин Дизраэли). Появились первые, пока еще реферативные, исследования старшеклассников о жизни и судьбе этого русского офицера. Первое такая работа было написана десять лет назад.

В настоящее время благодаря активности членов общества «Памяти чехословацких Легионеров», спустя полвека после первого краеведческого упоминания имени Войцеховского, тайшетцам вновь выпала возможность вернуться к осмыслению судьбы этого человека, к новым практическим шагам по увековечиванию памяти о нём.

Тайшетские краеведы в апреле 2016 года во второй раз встречали единомышленников из Чехии. Первая такая встреча закончилась лишь посещением лагерного кладбища на станции Топорок, установкой памятника на кладбище и участием в конференции. Контакты тайшетских краеведов, особенно школьников, с представителями Чехии способствуют формированию у них понимания важности моментов общей истории в деле укрепления отношений. Из области точных наук известно, что протекание процессов зависит не от числа участников, а от числа взаимодействий между ними. Позвольте поблагодарить руководство и членов Общества «Памяти чехословацких легионеров» за совместную работу по увековечиванию эпизодов одной из страниц нашей общей истории.

К сожалению, одна из таких страниц — лагерное прошлое Тайшета, символом которой стал и особый лагерь №7 «Озёрный». Необходимо отметить, что кроме Войцеховского в этом же лагере,в одно с ним время находилось 50 граждан Чехословакии, о которых нам ещё ничего неизвестно, не считая нескольких имён: Адлер Петер, Борецкий Богумил, словак Биба Штефан по документам МВД.

Сергей Николаевич Войцеховский оказался в составе первых этапов заключённых в создаваемом особом лагере № 7 «Озёрный» 1949 года. Как известно, первым всегда тяжелее. Пусть эта фраза всего лишь фигура речи, но она верна.

Решение о создании Озерлага было принято в декабре 1948 года, производственно-лагерную самостоятельность приобрёл в январе 1950 года, приняв титул на ведение работ по завершению строительства железной дороги Тайшет – Братск протяженностью 310 километров (для сравнения: расстояние от Праги до Братиславы по прямой 290 километров). Это пенитенциарное учреждение не было первым на тайшетской земле.

Экспансия ГУЛАГА в Иркутской области началась в 1937 году и именно в Тайшетском районе. Перечислю в хронологическом порядке все лагеря, сменявшие друг друга и некоторое годы существовавшие одновременно: Тайшетский исправительно-трудовой лагерь (ИТЛ) ГУЛАГ лесной промышленности, Западный ИТЛ и Южный ИТЛ железнодорожного строительства, Тайшетский ИТЛ областного подчинения, Тайшетский каторжный ИТЛ ГУЛАГ, Тайшетский ИТЛ и Ангарский ИТЛ железнодорожного строительства, и, наконец, особый (не исправительно-трудовой) лагерь Озёрный. Численность заключенных этого лагеря в 1951 году составляла более половины населения Тайшетского района.

Первоначально этот лагерно-строительно-производственный комплекс подчинялся Главному управлению лагерей железнодорожного строительства МВД СССР (ГУЛЖДС). Что значит комплекс? В ведении его начальника находился сам лагерь, строительные работы, производство строительных и иных материалов. Подчинение лагеря начальнику строительства и производства было вызвано потребностью усиления эксплуатации заключённых.

Озерлаг имел довольно сложную организационную лагерную и производственно-строительную структуры. Его основу составляли жилые помещения и зоны, иначе — лагерный городок, чаще — лагерный пункт. В лагерях ГУЛЖДС создавались лагпункты постоянной дислокации (стационарные), и колонны, перемещавшиеся вслед транспортно-строительным работам. Колонны и лагпункты объединялись в лагерные отделения, в связи с особенными производственными задачами создавались и самостоятельные, вне лагерного отделения, отдельные лагерные пункты (ОЛП), и подкомандировки. В 1957 году Озерлаг имел три лагерных отделения, 54 лагпунктов и колонн. Численность заключённых в лагерных отделениях составляло от 1500 до 3000 человек, в колоннах — от 200 до 800.

Созданием Озерлага первоначально занималось Ангарское Управление строительства и ИТЛ (Ангарстрой, Ангарлаг), что привело к некоторым тяжелым для зеков последствиям. Для этого управления, занятого своими лагерно-строительными делами, было сложно хорошо подготовиться к приёму заключённых другого лагеря, тем более прибывших ранее намеченного срока.

Дело усложнялось ещё и тем, что названное управление фактически вело создание своей новой структуры управления строительства после ликвидации Тайшетского ИТЛ ГУЛЖДС. В связи с этим осуществлялась переброска собственной рабочей силы (15 тысяч заключённых) на восточное плечо строящейся железной дороги, на участок Братск – Усть-Кут, на необустроенные места. Следствие всех этих сложностей — неудовлетворительная готовность помещений лагерных городков (зон) к приёму заключённых Озерлага. С.Н. Войцеховский испытал это на себе сполна.

Особый контингент (политические заключённые, осужденные по 58 статье УК РСФСР), к числу которого он относился, размещался в 45 лагерных городках (жилых зонах), восемь зон было отведено для уголовных заключённых. Бытовые условия были тяжёлыми: 30% лагерных городков были довоенной постройки (1938 год), 70% — 1946-1947 годов, то есть ветхими и требующими ремонта, 74 % заключенных спали на нарах-вагонках (двухъярусные нары) и 26% — на сплошных нарах.

На одного особого заключённого приходилось 1.35 квадратных метров жилых помещений при норме два квадратных метра (этот показатель в лагерях западного участка БАМа не был достигнут даже к 1951 году); 42 лаггородка снабжались водой из колодцев, в восьми зонах вода была привозной. В некоторых лагерных пунктах на второй год существования Озерлага жили в бараках без умывальников, вешалок, столов, скамеек, бочек с питьевой водой.

Первые заключённые прибыли в Озерлаг ранее намеченного срока – в апреле, в ещё холодное время года, а не летом 1949 года. Холод был страшным бедствием для зеков.

В создаваемый Озерлаг было направлено больше заключённых, чем планировалось, так как двенадцатый плановый особый лагерь не был создан в СССР. Это привело к ухудшению обеспечения заключённых пищей, обмундированием, медикаментами и другими жизненно важными ресурсами.

В апреле 1951 года в Озерлаге содержалось 36843 человек (вместо плановых 25000), в том числе особый контингент — 33 225 заключённых, уголовно осуждённых было 3618 человек. В лагере содержалось 8351 женщин. Это была огромная людская масса, сосредоточенная в более чем полсотни зонах, разбросанных на пространстве в 300 километров. Каждый там был лишь букашкой, мухой, по образному выражению самих заключенных, сегодня еще ползающие кое-как, а завтра уже нет…

В Озерлаге в 1949 году оказалось на 6760 заключённых больше, чем планировалось, а на питание было выделено 47950 рублей из расчёта 25 000 человек при минимальной стоимости дневного пайка 6 рублей 45 копеек, максимальной 10 рублей 19 копеек. Из-за внепланового повышения численности заключённых стоимость пайка была уменьшена до шести рублей и заключенные не получали положенного количества продуктов.

Растянутая инфраструктура Озерлага — большие расстояния между лаггородками, лаггородками и больницами, отсутствие дорог и редкое движение рабочих поездов лишали заключённых дальних лагерных городков возможности своевременно получать, например, медицинскую помощь. В 1951 году лагерь имел 48 медицинских пунктов, санчастей в каждом лагпункте, больницу № 4 на 1500 мест для заключённых особого контингента и одну больницу на 100 мест для заключённых общего контингента. Кроме того, имелось четыре амбулатории со стационарными отделениями на 15-20 коек, одна поликлиника и больница на 150 мест для вольнонаёмных работников.

Медицинская помощь требовалась многим заключённым Озерлага. 35 % из них имели наказание в виде лишения свободы сроком от 15 до 25 лет. Длительное пребывание в лагерях уже само по себе превращало их в физически и психически больных. Кроме того, 34,8 % узников Озерлага были старше 50 лет, более 8000 заключённых имели инвалидность, 10,3 тысячи — хронические заболевания, более 2000 человек — различные физические недостатки.

Всё это вело к повышению смертности. Её наиболее высокий уровень был зафиксирован в 1951 году. В этом лагере за все годы его существования как особого умерло 4 221 заключенных, что значительно больше, чем в остальных особых лагерях МВД. МВД, Управление Озерлага принимали меры по оздоровлению заключённых, но ситуация менялась не сразу.

Состояние одного из центральных медучреждений Озерлага, больницы № 1, в которой оказался С.Н. Войцеховский, в 1951 году выглядело следующим образом: четыре корпуса больницы и изолятор требовали ремонта, не хватало посуды, некоторые больные были вынуждены есть палочками, многие спали на одной простыне вместо двух.

Больнице не хватало многих лекарств и перевязочного материала. Больные туберкулёзного и венерического корпусов свободно гуляли по территории, которая была захламлена и превращалась в источник вероятных эпидемий. В течение июня умерло 31, в июле 21 человек при общей численности в 600 больных. Высокая смертность складывалась из-за инвалидов, больных старческого возраста.

В госпитале № 2 для офицеров и солдат плохо проводилась терапия сном, не было люминала, недостаточно пенициллина, новокаина. Переливание крови не проводилось. Качество медицинского обслуживания снижалось из-за недостатка врачей. На пять больниц вместо положенных 111 врачей имелось лишь 30 . В течение первого квартала 1951 года Озерлаг недополучил на медицинское обеспечение на сумму 690,9 тысяч рублей.

Отметим справедливости ради, что в 50-е годы ХХ века неудовлетворительное состояние медицинских учреждений, высокая смертность существовала не только в лагерях ГУЛАГа, но и в целом среди населения Тайшетского района.

В литературе об истории лагерей западного участка БАМа (Тайшет – Братск-Усть-Кут) допускаются неточности в нумерации больницы, в которой находился С.Н. Войцеховский. Путается номер колонны при больнице с номером самой больницы, путаются нумерация без учёта принадлежности больницы к разным лагерям. Больница на 50 километре строящейся железной дороги Тайшет-Братск-Усть-Кут (западный участок БАМ) для заключенных, как и все жилые и рабочие зоны (лаггородки, колонны), была передана Озерлагу в связи с ликвидацией Тайшетского ИТЛ ГУЛЖДС для размещения на его базе особого лагеря «Озёрный».

К настоящему времени отсутствует полное и точное описание больницы. По косвенным данным, больница имела более пяти лечебных помещений, помимо которых были административные и бытовые здания. За ограждением больницы располагался посёлок вольнонаемного персонала, казармы охраны, производственные помещения. По результатам экспедиций на месте больницы было обнаружены фрагменты различных построек (подполья, палисадники, фрагменты кирпичных элементов), лечебных корпусов, бараков лагпункта №02, механических мастерских, производственных помещений и других строений.

В Центральной больнице (начальник майор Рабинович) к концу 1950 года числилось 1145 работников, в том числе 77 вольнонаёмных, 16 заключённых ИТЛ, 1052 заключенных особого контингента. На ближайших от больницы лагерных пунктах Сельхоз — 13, № 023 (41 километр), № 021 (46 км.), №020 (55 км.), Сельхоз — 14 (64 км.), № 027 (68 км.) железной дороги Тайшет – Лена содержалось и работало в сельском хозяйстве 1887 человек, в пошивочных и слюдоперерабатывающих мастерских — до 1887 заключенных особого контингента. На 57 километре находился Дом младенца (лагпункт № 039, 359 заключенных, начальник старший лейтенант Бердников). Таким было лагерное соседство у больницы, в которой содержался С.Н. Войцеховский.

Проследим его путь в Озерлаг. Этапы заключенных в этот лагерь прибывали на станцию Тайшет-2 Управления железнодорожной линии Тайшет – Братск, далее на центральный пересыльный пункт № 025 (начальник подполковник Васильев). Все номера лагерных пунктов особого лагеря «Озёрный», в которых содержался особый контингент, начинались с ноля. Пересыльный лагерный пункт №025 находился на северо-восточной окраине Тайшета, на пятом километре строящейся железной дороги Тайшет-Братск. Здесь начинался западный участок Байкало-Амурской железнодорожной магистрали. Пересылка вмещала до 1000 заключённых. На декабрь 1950 года в ней находилось 700 заключенных. Их воспоминания позволяют подробнее представить тайшетскую пересылку на этот год:

«…столыпинский наш вагон отцепили и повезли куда-то на запасные пути, на миг мелькнуло серое здание вокзала с черными буквами по белому полю «Тайшет». Вагон почти вплотную подогнали к довольно просторному дощатому загону…Загон был необычен своими высокими стенами. Они были высотою в метра четыре. И это была неслучайность. Такая высота понадобилась для того, чтобы пассажирам транссибирских экспрессов не попадались на глаза заключенные. И знаменитая тайшетская озерлаговская пересылка была примерно так же огорожена. Снаружи, особенно со стороны железной дороги, — высокий, гладкий сосновый забор. И вышек нет над заборами. Вышки – невысокие – были расположены внутри – в углах дощатой ограды. И колючка, и пулеметы, и прожектора – все было внутри. Что подумает проезжающий мимо в скором поезде человек? Неинтересный забор какого-то склада. Про лагерь не подумает. …Построили нас по пятеркам. Впереди – женщины. …Вели нас пустыми, немащенными, грязными после дождя улицам…Городок был серый, весь деревянный. Серые от ветхости и дождей домишки и заборы. Слева виднелось что-то похожее на небольшой заводик. Пахло мокрым деревом, смолою, креозотом. Справа, невидимые нам за домами, грохотали поезда. …В бараке были не сплошные нары, а так называемые вагонки. …За колючей проволокой была женская зона пересылки…Этапы ежедневно приходили и уходили. Люди менялись…

Много было разных встреч в Тайшете».

На тайшетской пересылке формировались этапы на все лагерные пункты и колонны Озерлага, Ангарлага и отправлялись железнодорожными вагонами. Этап до Центральной больницы следовал, вероятно, до станции Топорок (48 километр километр железной дороги, трассы, как тогда говорили ), далее два километра пешком под конвоем через железнодорожный мост (р.Топорок). Возможно, этапный вагон останавливался непосредственно напротив больницы, воспоминаний об этом в нашем распоряжении не имеется.

Ближайший населённый пункт — деревня Шевченко, она находилась на противоположной стороне железной дороги, практически напротив станции Топорок. Вокруг больницы и лагерного пункта №02 образовался жилой посёлок для вольнонаёмных, военных сотрудников лагеря.

Левее от него, примерно в километре от больницы, на лесном косогоре было устроено два кладбища – для умерших заключённых и гражданского населения, работников больницы и лагпункта. Кладбище заключённых расположилось немного ниже по склону. В настоящее время оба кладбища заросли деревьями и кустарниками. Могильные холмики лишь немногих захоронений ещё заметны, они не имеют никаких первоначальных обозначений, поэтому удалось лишь визуально насчитать примерно 250 могил.

При их подсчёте пользовались простым способом во избежание ошибки, путаницы с естественными возвышениями земли: если справа и слева от какого-либо холмика есть еще похожие, то это могилы. К настоящему времени это место превращается в мемориальный комплекс, здесь уже несколько простейших памятных знаков, составляющих единое поминальное место: памятник-стела японским военнопленным, поминальный крест белорусскому католическому священнику, крест в память о всех заключенных незаконно осужденных и умерших в Озерлаге, могильная плита, металлическая табличка, мемориальный камень в память о С.Н. Войцеховском. Некоторые из них прошли обряд освящения, в том числе и памятник Сергею Николаевичу.

Близ этого мемориального комплекс, который хоть и редко посещается родственниками захороненных, делегациями из Японии, журналистами различных СМИ, проводятся Дни памяти жертв политических репрессий (30 октября), практически ежегодно сюда совершаются рабочие поездки краеведов для работ по сохранению порядка на кладбище.

Тайшетские краеведы стараются сделать доступным для школьников многое из опубликованного о С.Н. Войцеховском, познакомить их с многочисленными оценками и суждения о нём: воин, демократ, генерал, трагедия, честь, патриот, судьба-злодейка, генерал двух армий, генерал без Родины, истинный патриот, истинный христианин, честный русский офицер, военный специалист, и составить собственное мнение.

Надо найти в коллективной памяти тайшетцев, особенно молодёжи, место именно этому русскому офицеру. Множество публикаций о нём само по себе не решает этой задачи. Требуются чувства, а не только знания. Просмотр школьниками белорусского документального фильма «Сергей Войцеховский. Генерал без Родины» формирует понимание и пробуждает чувства, без которых память о человеке не живёт. Всматриваешься в экран и как-то более ясно, чем от чтения текстов, начинаешь понимать ускользающие детали, мелочи.

Говорят, что жизнь складывается из мелочей, и именно из-за мелочей она не складывается. Всматриваешься в детали и начинаешь осознавать, что Сергей Николаевич, в общем-то, трижды был лишён (или трижды терял сам?) Родину. Что практически труды, кровь и пот, дела всей его жизни оказались по большому-то счёту напрасными, без результатов, сохранившихся до наших дел.

Сопротивление Германии и победа над ней не случились, большевики не были свергнуты, армию Чехословакии распустили, с братьями по оружию и с семьёй вынужденно расстался, здоровье роковым образом было подорвано, антифашистское подполье раскрыто, освобождения из лагерей не дождался…

Только пример величайшей трагедии человека и верности присяге, Родине.

voits-04

Станция Топорок.

voits-02

Мемориал в Вихоревке.

voits-03

За мостом слева располагалась Центральная больница Озерлага.

Евгений Селезнёв,
краевед, кандидат исторических наук

Поделитесть новостью с друзьями:
Нашли ошибку в тексте? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter
Поделитесь своим мнением Комментарии публикуются только после утверждения администратором сайта!

 Наш опрос

Доверяете ли вы полиции?

Смотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Результаты всех опросов

≡  Все разделы сайта
Последние новости
  • Администрация Тайшета осветит дорогу горожанам в первой половине 2017 года на полмиллиона рублей
  • Как после войны. Ситуация с количеством сирот в Тайшетском районе год от года становится хуже
  • В Бирюсинске «Тойота» столкнулась с ЗИЛом
  • Новогодние номера журнала «Мурзилка» — с 1927 по 2016 год
  • В Тайшетском районе пропал житель Красноярского края, приехавший на заработки
  • Бараки. Как жило большинство советских граждан
  • На севере Тайшетского района вновь перебои с энергоснабжением
  • Железнодорожный сверхцинизм: кому война, а кому мать родна
  • На содержание детских площадок в 2017 году администрация Тайшета потратит 247 500 рублей
  • Группа «чёрных лесорубов» из Чунского района отправилась в колонию



  • Тайшет24 © 2015-2016
    На сайте опубликовано 2790 новостей
    Дизайн сайта и техподдержка - GoodwinPress
    Наверх